В ОПЕРАЦИИ «БАГРАТИОН»

В течение трех долгих лет страдал белорусский народ в фашистской неволе. Немецкие оккупанты опустошили многие города и села, варварски разрушили большое количество заводов и фабрик, полностью уничтожили совхозы и колхозы. Беспощадно расправлялись с мирным населением, расстреливали и бросали в концлагеря и тюрьмы всех тех, кто проявлял малейшее недовольство «новым порядком». За три года оккупации фашистские палачи истребили в Белоруссии свыше двух миллионов мирных жителей и военнопленных.
Но никакие зверства захватчиков не могли сломить волю народа. Он остался непокоренным. Белорусские партизаны вели непримиримую борьбу против иноземных поработителей и твердо верили в свое освобождение.
К концу мая 1944 года Верховное Главнокомандование разработало и подготовило крупную наступательную операцию Красной Армии под кодовым названием «Багратион». Для ее проведения привлекались войска четырех фронтов. «Перед ними,— как указывает в своих мемуарах Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский,— были поставлены важные стратегические задачи: ликвидировать выступ противника в районе Витебск, Бобруйск, Минск, разгромить и уничтожить крупную группировку вражеской армии «Центр», освободить Белорусскую Советскую Социалистическую Республику» {К. К. РОКОССОВСКИЙ. СОЛДАТСКИЙ ДОЛГ. М., Воениздат, 1968. с. 261.}.
В частях дивизии ежедневно проводились тактические занятия. Отрабатывались операции по штурму высот, населенных пунктов, отдельных строений, рощиц, лесных массивов, преодолению минных полей, проволочных заграждений, противотанковых рвов. Неправильно выполненные условные операции переигрывались заново. Зоркий глаз командира дивизии генерал-майора Н. М. Стриженко не пропускал ни одной мелочи, следил за движением на учебном поле боя не только подразделений, но и отдельных солдат. Мельчайшая недоработка или несвоевременное выполнение задачи солдатом, отделением, ротой, батальоном не устраивали командование.
Гимнастерки солдат и офицеров покрывались соленым потом. Но постепенно воины стали привыкать, их меньше стала мучить жажда, одышка во время бега, да и пот на их лицах стал появляться реже, чем раньше. Июньские дни — самые длинные в году, но их тоже не хватало, хотя занимались по 12—14 часов в сутки.
Вся подготовка проводилась, разумеется, с соблюдением строгой маскировки. Движение гужевого и автотранспорта перед фронтом производилось в ночное время. Бойцы и командиры, находившиеся в обороне, вели редкий ружейно-пулеметный огонь, занимались совершенствованием своих траншей. Жили обычной жизнью, ничем не показывая гитлеровцам, что готовится большое наступление. Хотя личному составу не говорили о нем, но солдаты, конечно, понимали: скоро наступать. Все ждали приказа и считали себя вполне готовыми для выполнения боевых задач.
В ночь на 16 июня части дивизии оставили свой учебный полигон, обильно политый солдатским потом, и, соблюдая маскировку, начали марш к месту боев. 21 июня подразделения 1158-го и 1162-го стрелковых полков сменили 174-ю дивизию на рубеже Боброво — Застенок Юрьев. Саперы приступили к устройству проходов в заграждениях врага. Бойцы готовились к атаке. 1160-й полк остался в резерве командира 36-го стрелкового корпуса.
Два дня проводилась разведка целей и обороны противника. За четыре часа до артподготовки всему личному составу вручили обращение Военного совета 31-й армии о переходе в наступление 3-го Белорусского фронта. Политработники провели короткие митинги в частях и подразделениях. Велик был наступательный порыв советских воинов, они рвались в бой.

Заместитель командира 1160-го полка А.В. Стоношенко (ныне генерал)
Заместитель командира
1160-го полка А.В. Стоношенко
(ныне генерал)
 

Теплым июньским вечером, когда замолкли в лесу птичьи голоса и на землю опустилась прохлада, вереницей по проселочным и лесным дорогам потянулись артиллерийские, минометные батареи, орудия прямой наводки на заранее подготовленные для них огневые позиции. Порой слышались отдельные выстрелы или пулеметные очереди. Но солдаты знали, что это обычные фронтовые будни.
Рано утром, едва заалело на востоке, солдаты и техника были на своих местах. Каждый с нетерпением ожидал сигнальную ракету.
Все выше поднималось ласковое июньское солнце, освещая затаившуюся для броска пехоту, грозную артиллерию, связистов, опутавших землю своими проводами.
Бритоголовый, с высоким лбом старший повар Галанцев искренне упрашивал во время завтрака бойцов больше взять дымящейся каши с мясом и крепкого чая. При этом в придачу бойцы получали порцию добрых напутствий.
Где-то высоко в небе пел свою звонкую песню сизокрылый жаворонок. На опушке куковала кукушка, предсказывая кому-то счастливую и долгую жизнь. Набежали тучи. Лежавший в кустах пулеметчик Гибец сказал своему напарнику:
— Дождь в дорогу, хорошая примета.
Время тянулось медленно. Но вот справа громыхнуло так, что вздрогнула земля. Это соседи начали артподготовку. А потом все смешалось в неописуемом грохоте, вое, лязге, свисте. Небо вспороли огнедышащие трассы реактивных снарядов. Два часа 20 минут сотни стволов обрабатывали передний край и тылы врага.

Первый командир 1158-го полка И.И. Василенко
Первый командир 1158-го полка И.И. Василенко 

Четко работали артиллеристы 914-го артполка. Командир взвода 76-миллиметровых орудий лейтенант Пилипенко прямой наводкой разбил вражеский дзот. Наводчик А. Н. Клюев (Уроженец села Лаишева ТАССР) уничтожил два пулемета и около взвода немецких солдат. Младший сержант П. Н. Кокорев (родом из г. Казани) расстрелял два дзота. Рядовой П. И. Климов (уроженец села Большие Кабаны Столбищенского района ТАССР) прямой наводкой истребил из пушки противотанковое орудие, два пулемета и около взвода вражеских солдат. Также умело дрались и многие другие артиллеристы полка, перемалывая фашистскую оборону.
В 10 часов утра в воздух взвилась сигнальная ракета. Подразделения 1158-го и 1162-го стрелковых полков пошли в наступление. Тут же заговорил немецкий пулемет из уцелевшего дзота. Командир батареи капитан Варли сам навел орудие и со второго выстрела разнес пулемет вместе с прислугой в клочья.
Стрелковые подразделения стремительно бросились вперед и ворвались в первую траншею врага. Рядовой Хасанов (уроженец Мамадышского района ТАССР) заколол фашиста штыком и открыл интенсивный огонь, поддерживая бойцов, очищавших окопы от немецких солдат. Командир отделения Ф. Ф. Дранников гранатой уничтожил пулемет. Его ранило, но он продолжал руководить отделением. Гитлеровцы обрушили на нашу пехоту огонь всех уцелевших артиллерийских и минометных батарей. Чтобы удержать выгодный рубеж, фашистское командование бросило в бой пехотный полк из резерва, во втором эшелоне шли эсэсовцы, в задачу которых входило расстреливать каждого при попытке отступления.
Особенно упорный бой завязался в полосе наступления подразделений 1158-го полка. Бойцы 1-го батальона, поддержанные сводной минометной группой, отбили немецкую контратаку, но 3-й батальон не удержался в немецких траншеях. На помощь им командир полка ввел в бой 2-й батальон, который метр за метром начал продвижение к высоте. С каждой минутой бой становился все ожесточеннее, гитлеровцы пытались удержаться любыми-средствами. Пал смертью храбрых капитан Зюганов. То и дело в разных местах траншеи завязывались гранатные и штыковые схватки.
Уже несколько часов первый стрелковый батальон 1160-го полка вел жаркий бой за высоту. Фашисты пытались вернуть утраченные позиции, то и дело предпринимали яростные контратаки. На рассвете пьяные фрицы с дикими криками, густой лавиной полезли на рубеж, обороняемый отделением сержанта П. В. Сенченко. Это была десятая по счету контратака врага. Бывалый воин не растерялся.
— Ни шагу назад! Позади рубеж, завоеванный кровью наших боевых друзей.
Когда гитлеровцы подошли на близкое расстояние, на них обрушился смертельный огонь горстки смельчаков. Немецкая цепь залегла. В этот момент сержанта ранило в руку, но он остался в строю, выскочил из окопа и с возгласом «За Родину! Вперед!» повел бойцов в атаку.
Гитлеровцы в панике откатились. В этом бою отделение сержанта Сенченко уничтожило около двух десятков фашистских солдат и трех взяло в плен.

Старший лейтенант Ф.М. Назыров
Старший лейтенант Ф.М. Назыров 

Снова на поле брани сгустились сумерки и напряжение немного спало. Но солдаты не отдыхали, они чистили оружие, запасались патронами, приводили себя в порядок.
Утро следующего дня началось с артминометной подготовки. До полудня артиллеристы и минометчики обрабатывали позиции врага. Минометная рота лейтенанта Наумова подавила фашистскую минометную батарею в районе деревни Застенок Юрьев. Артиллеристы капитана Варли подняли на воздух два вражеских дзота. Бойцы минометной роты старшего лейтенанта Бугренкова полдня обстреливали деревню Загвоздино, выкуривая немцев из укрытий.

Командир взвода управления 8-й батареи 914-го артполка А.А. Обидин
Командир взвода управления
8-й батареи 914-го артполка
А.А. Обидин
 

Во второй половине дня пехота снова пошла в атаку. Подразделения 1162-го полка после короткого боя овладели высотой «копейка» и развернули наступление дальше, на Загвоздино. В этом бою особенно отличились бойцы под командованием капитана Николая Юрьевича Голицына.
Сюда же подошли подразделения 1158-го полка, но только на третий день бойцам дивизии удалось зацепиться за околицу деревни.
После короткой передышки, на рассвете 26 июня стрелковые подразделения под прикрытием огненного артиллерийского вала снова пошли в атаку. Вот уже первые крайние дома. Рядом с их фундаментами - траншеи противника. Оттуда стреляет все, что может стрелять. Наша пехота прижимается к земле, а артиллеристы крушат очаги сопротивления. Над фашистскими окопами поднимается веер густых разрывов, вверх летят каски, ящики, доски. Минометчики довершили дело. Пехота поднялась и достигла второй линии проволочных заграждений. Снаряды перепахали вокруг землю, скрутили колючую проволоку немыслимыми клубками. Руби, солдат, под адским огнем колючку, разводи ее в стороны! Кто-то валится на проволоку и остается неподвижно висеть на ней, кто-то продолжает ползти вперед, пробираясь под острыми колючими нитями. В этом бою был тяжело ранен командир батальона 1162-го полка Н. Ю. Голицын.
Пройдена всего одна полоса укреплений — чуть больше километра, и это за два дня напряженного боя. С громким сухим шуршанием над головами бойцов проносятся тяжелые снаряды. Артиллерия продолжает обработку следующей полосы вражеской обороны. В промежутках между разрывами вклинивается торопливая захлебывающаяся скороговорка пулеметов, дробью перекликаются автоматы. В небе кружат грозные штурмовики. Каждый дом Загвоздино берется с боя. Гитлеровцы, огрызаясь, отходят в направлении города Орши.
На подходе к деревне Большие Савлоки по колонне 1158-го полка пронеслась команда:
— Танки! Орудия вперед!
Батальоны быстро развернулись и приняли боевой порядок. Галопом промчались вперед батареи старшего лейтенанта Плещакова и капитана Варли. Артиллеристы заняли позиции и открыли огонь, фашистские машины развернулись и ушли назад, не приняв боя. Полк продолжал преследование отходившего врага.

Командир противотанковой батареи 1162-го полка Н.Т. Кононенко
Командир противотанковой батареи
1162-го полка Н.Т. Кононенко

...Погода стояла изумительная. Июньское солнце освещало яркими лучами изумрудные нескошенные луга, курчавые перелески, отражаясь всеми цветами радуги в зеркалах небольших водоемов. Все, казалось, располагало к миру и покою. Но только не эти полуразрушенные и сожженные деревни, через которые проходила колонна. В них словно все вымерло. Здесь жили люди, растили детей, сеяли хлеб, мечтали, любили, работали. И вот пришли завоеватели со своим трижды проклятым «новым порядком». Жгли, насиловали, грабили, убивали. Страшная боль и жгучая ненависть опаляли сердца бойцов при виде растерзанной земли своей.

Командир орудия Г.С. Соборский
Командир орудия Г.С. Соборский

...После полудня 26 июня части дивизии вышли в район деревни Грязи, заняли исходный рубеж. Началась подготовка к прорыву второй линии укреплений врага. Здесь оборонялись части потрепанной, уже знакомой нашим солдатам, 170-й немецкой пехотной дивизии.
Командир 352-й генерал-майор Стриженко приказал 1158-му полку прорвать оборону, выйти к Днепру в районе деревни Красная Харьковка и на этом участке форсировать водную преграду.
Немцы вели сильный огонь по боевым порядкам полка. Подразделения несли большие потери. Один из снарядов попал в наблюдательный пункт в то время, когда там группа офицеров вела разведку. Вышли из строя начальник штаба полка подполковник Андрющенко, заместитель командира полка по строевой части майор Полежаев, тяжело ранило командиров батарей - старшего лейтенанта Плешакова и капитана Варли. На рассвете артиллерия открыла огонь. Снаряды рвали проволоку и перепахивали вражескую оборону. Замолкли десятки немецких пулеметов. За огненным валом последовал рывок пехотинцев. Гитлеровцы, не ожидавшие такого стремительного и мощного натиска, стали отходить. Уцелевшие фашистские орудия ударили во фланг подразделениям полка, но тут же были подавлены артиллеристами лейтенанта Вовк. Преследуя отступающего врага, бойцы ворвались во вторую немецкую траншею и, не дав опомниться гитлеровцам, достигли третьей траншеи. Немцы покатились к Днепру.
Сбивая заслоны врага, подразделения 1158-го полка вышли к деревне Красная Харьковка, но переправиться на этом участке через Днепр не смогли. Тогда полк совершил марш на север и на южной окраине Орши по железнодорожному мосту, захваченному к этому времени передовыми отрядами 1162-го полка, переправился через реку. Гитлеровцы, боясь окружения, стали отводить свои части к реке Березина.
27 июня 1944 года части дивизии вместе с другими войсками Красной Армии освободили город Оршу.
Родина высоко оценила боевые действия бойцов и командиров 352-й сд. За овладение оперативно важным железнодорожным узлом, за мужество, проявленное в этих боях, дивизии приказом Верховного Главнокомандующего было присвоено почетное наименование «Оршанская».
Случилось так, что воины Татарии громили врага на той самой земле под городом Оршей, обильно политой кровью воинов 18-й казанской дивизии в начале войны. Тогда уже сыны Татарстана проявили отвагу, мужество и стойкость, приумноженные теперь их братьями.
Выбитый с оборонительного рубежа Орша — Витебск противник поспешно отступил, надеясь задержать наши войска на реке Березина, где у него заранее была построена крепкая оборона. Темп наступления наших войск с каждым днем нарастал. Они гнали врага на запад, преследуя его по пятам.
Командир 36-го стрелкового корпуса приказал: для обеспечения быстрого форсирования Березины частями 352-й сд. создать подвижный отряд. В него вошли 1-й
стрелковый батальон 1160-го полка, саперный взвод, взвод разведки, 2-й артиллерийский дивизион. В задачу отряда входило: преследовать отходившего врага, первыми форсировать реку Березину в районе деревни Новоселки, захватить плацдарм на противоположном берегу и обеспечить преодоление водной преграды главным силам дивизии. Командовал отрядом заместитель командира дивизии полковник Логинов.
По проселочным дорогам отряд подкатил на машинах к восточному берегу Березины, обогнав по пути отступавшую немецкую дивизию, двигавшуюся по шоссе. Полковник Логинов связался по радио с комдивом, предложил остановить немецкую дивизию силами отряда. Но получил приказ:
— Форсировать Березину!
Обстановка сложилась тяжелая. Сзади к реке двигалась крупная вражеская часть. Впереди река Березина, а на ее противоположном берегу сильная фашистская оборона. Переправочных средств не было. Солдаты начали переправляться кто на чем: на бревнах, лодках, досках, бочках.
Первыми бросились в реку пулеметчик Расщупкин со своим напарником Смирновым, за ними лейтенант Михайловский, командир отделения 413-й отдельной разведроты старший сержант А. А. Останин (уроженец деревни Омарский Мамадышского района ТАССР), солдат Гадзенко.
Немцы открыли сильный огонь из пулеметов и орудий. В ответ заговорили 45-миллиметровые пушки и минометы капитана Щербинина. С каждой минутой фашисты усиливали огонь по переправе, но ничто уже не могло остановить наших бойцов.
Выскочив на противоположный берег, пулеметчик Расщупкин открыл огонь из «максима» по фашистам. Вот уже переправилась рота старшего лейтенанта Степанова и завязала бой за расширение плацдарма, а вскоре весь отряд был на западном берегу. Гитлеровцы вели сильный огонь из минометов, пытаясь уничтожить пулемет Расщупкина, но он все время маневрировал, менял огневую позицию и продолжал расстреливать фашистов.
Уже несколько часов шел жаркий бой. На исходе были боеприпасы. Их доставил сержант В. П. Ризаев. Он связал из бревен плот, погрузил на него ящики с патронами, гранатами, минами, оттолкнулся от берега. Вражеские снаряды рвались рядом, обдавая брызгами храбреца. Вода вокруг кипела. Но отважный воин, превозмогая страх и усталость, греб к берегу. И так несколько раз, туда и обратно, туда и обратно. А выбравшись на плацдарм, он ползал по-пластунски, волоча за собой ящики, подтаскивая их к огневым позициям.
И вот по цепи разнеслась команда:
— Вперед!
Бойцы бросились на штурм вражеской обороны. Первым со своим отделением ворвался в деревню Новоселки старший сержант Останин. В рукопашной схватке он уничтожил трех фашистских солдат и расстрелял из автомата немецкую саперную команду, пытавшуюся взорвать мост через реку. Не спасли немцев ни проволочные заграждения, ни траншеи, ни блиндажи. В коротком бою бойцы передового отряда вышибли гитлеровцев с оборонительного рубежа и обратили их в бегство. Вечером через Березину начали переправу главные силы дивизии.
За отличные действия и мужество лейтенант Михайловский награжден орденом Красного Знамени, солдат Смирнов —- орденом Ленина, а пулеметчику Расщупкину Александру Михайловичу присвоено звание Героя Советского Союза. Награды Родины получили многие другие бойцы и офицеры передового отряда.
Немецкие полчища оказались настолько деморализованными после боев под Оршей, что не сумели организовать сопротивление на выгодных для них рубежах, потеряли управление войск. Гитлеровцы бродили группами в тылу нашей армии, скрываясь в лесах. Ночью заходили в села, грабили мирное население, отнимали гражданскую одежду, переодевались, вымещая звериную злобу на беззащитных женщинах, стариках, детях.
Часовые и патрули, выставляемые в селах населением, не всегда могли противостоять фашистским бандитам. Большую помощь в ликвидации бродивших по лесам немецких банд оказывали войскам Красной Армии белорусские партизаны. Они без устали днем и ночью прочесывали чащобы, несли вахту у населенных пунктов, часто вступали в неравный бой с превосходящими группами фашистских солдат и успешно громили их.
352-я стрелковая дивизия стремительно продвигалась вперед, уничтожая на своем пути арьергарды вермахта. На дорогах творился невообразимый хаос. Они были забиты автомашинами разных европейских марок, фургонами с награбленным у населения имуществом, орудиями всяких калибров. Стояли застывшие, с перебитыми гусеницами, развороченными башнями или пробитой броней танки, сожженные самоходные орудия «фердинанд».
Навстречу бойцам то и дело вели большие группы пленных фашистских вояк. Теперь они шли с опущенными головами, с заложенными назад руками. При встрече с нашими бойцами «покорители мира», стараясь перекричать друг друга, твердили одно и то же:
— Гитлер капут! Гитлер капут!
Успешное развертывание наступления войск четырех фронтов, разгром фашистских войск в районе Бобруйска создавали благоприятную обстановку на всем протяжении тысячекилометрового прорыва. И все-таки каждый километр освобождения советской земли не давался без жертв.
...Нелегко приходилось на марше советским воинам. Нещадно палило июльское солнце. Даже в густых белорусских лесах от него не было спасения, еще труднее становилось дышать влажным воздухом. На дорогах размешанная тысячами солдатских сапог поднималась вверх клубами пыль и длинным шлейфом тянулась за колоннами. Она хрустела на зубах, въедалась в лицо. Движение, однако, не замедлялось. Вперед, вперед, вперед! На Запад!
2 июля 1944 года передовые подразделения 1162-го полка под командованием подполковника Кононенко вышли к районному центру Смолевичи. Это был сильно укрепленный узел фашистской обороны на подступах к столице Белоруссии городу Минску. Через него проходили важнейшие шоссейные и железные дороги.

Гвардии ефрейтор В.М. Голицына
Гвардии ефрейтор В.М. Голицына

Рано утром подразделения полка завязали бой. Гитлеровцы стремились задержать советские войска недалеко от Смолевичей в районе местечка Жодино, где у них располагались крупные склады продовольствия и фуража, но просчитались.
Передовой отряд, в который вошли взводы автоматчиков, бронебойщиков и разведчиков, еще ночью прошел но лесным тропам, форсировал реку Плисса, атаковал Жодино с тыла. Среди фашистских солдат началась паника. По деревне забегали факельщики, пытаясь поджечь склады. Не успели. Бойцы передового отряда ворвались в Жодино и разогнали поджигателей.
Остальные подразделения 1162-го полка ворвались на восточную окраину Смолевичей. Справа продвигался 1-й батальон, слева — 2-й, а 3-й батальон в их стыке, сзади. Немцы сопротивлялись с яростью обреченных, бросая в бой мотопехоту, поддержанную танками и самоходными орудиями, но не могли сдержать натиск наших бойцов. Собрав все свои резервы на этом участке, около батальона пехоты, десять танков и три самоходных орудия «фердинанд», гитлеровцы пошли в контратаку.

Командир 3-го батальона 1160-го полка П.С. Коробов
Командир 3-го батальона 1160-го полка П.С. Коробов

Как только танки выползли на открытую местность, бронебойщики офицера Виноградова сразу же подбили три машины. Первый танк вывел из строя ефрейтор Юрьев из расчета сержанта Суражнева. Машина вспыхнула и окуталась черным дымом. Два танка подбили бронебойщики Статков, Ковальчук, Шельгунов и Ларичев.
В боевых порядках нашей пехоты действовали артиллеристы лейтенанта Кочеткова. Они-то и лупили фашистов прямой наводкой. Контратака захлебнулась.
Бой шел уже на улицах Смолевичей. Командир пулеметной роты молодой лейтенант Царев, выбежав из-за угла дома на центральную улицу, неожиданно столкнулся с группой немецких офицеров. Укрывшись за каменной глыбой, начал расстреливать фашистов из автомата. Шесть офицеров уложил отважный офицер, а майора, прыгнувшего на него сзади, прикончил прикладом.
Автоматчики старшего лейтенанта Меликестяна при поддержке двух танков Т-34 блокировали немецкий дзот, забросали его амбразуры гранатами и ворвались на западную окраину Смолевичей. Прочесали две улицы, заняли железнодорожную станцию. Бой принимал все более ожесточенный характер. Гитлеровцы, собрав последние силы, бросились в новую контратаку, но тут на помощь подразделениям 1162-го полка пришли воины 1158-го полка подполковника С. X. Колесникова. Артиллеристы открыли уничтожающий огонь по немецкой пехоте. Застучали десятки пулеметов, сотни автоматов. Прогремело многоголосое «Ура!». Гитлеровцы не выдержали натиска и стали отходить из Смолевичей, бросая раненых, убитых и технику. В этом бою было уничтожено три танка, шесть бронетранспортеров, около батальона фашистских солдат. Захвачено десять исправных танков и крупные склады с продовольствием, фуражом, разным военным имуществом.
Теперь части вермахта быстро откатывались к Минску, стремясь оторваться от преследования и закрепиться на окраине белорусской столицы. Воины 1162-го полка ворвались на окраины Минска, а на другой день вышли южнее столицы около местечка Лощица и получили приказ занять оборону на этом рубеже.

Лейтенант Н.А. Павлов
Лейтенант Н.А. Павлов

Командир дивизии Стриженко приказал 1162-му полку оседлать шоссе Минск — Слуцк, а затем направить в совхоз «Михайловский» передовой отряд с задачей не пропускать к Минску немецко-фашистские войска.
Только успели бойцы передового отряда под командованием капитана Берегового занять свои позиции у шоссе, как на дороге появилась немецкая колонна. Впереди шел танк. За ним двигались несколько легковых автомобилей с офицерами, грузовики и повозки. Подпустив на близкое расстояние гитлеровцев, Береговой скомандовал:
— Огонь!
Застучали, захлебываясь, пулеметы, застрекотали автоматы, захлопали выстрелы бронебойных ружей. Фашистский танк остановился, объятый пламенем. Не успевшая затормозить легковая машина врезалась в него, встала, как конь, на дыбы и вспыхнула. Образовалась пробка, среди фашистских солдат началась паника. Гитлеровцы прыгали с машин, укрывались в кюветах.
За несколько минут вражеская колонна была разгромлена. Около трехсот немецких солдат остались лежать на поле боя, двадцать человек сдались в плен.

Начальник штаба 1158-го полка А.И. Филиппюк
Начальник штаба 1158-го полка А.И. Филиппюк

Капитан Береговой по радио получил приказ идти на соединение с главными силами полка. На пути отряд наскочил на фашистских солдат численностью около пятисот. Воины приняли неравный бой, разогнали вражескую колонну, а к вечеру соединились с главными силами полка.
В то же время воины подполковника Колесникова завязали бой в парке, расположенном южнее автомагистрали Москва — Минск, и медленно продвигались к центру города. Впереди шел 1-й стрелковый батальон, с которым находился и командир полка. В разных местах города дымили многочисленные пожары. Гитлеровцы еще оказывали сопротивление. То и дело раздавались пулеметные и автоматные очереди, но уже чувствовалось, что напряжение боя начало спадать.
Командир танкового соединения, встретив подполковника Колесникова, был рад появлению пехоты. Крепко обнял его и поблагодарил за столь своевременную поддержку танкистов.
Нужно сказать, что накануне советское командование провело блестящую операцию по спасению от разрушения Дома Правительства, здания ЦК партии Белоруссии и окружного Дома офицеров. Белорусские партизаны сообщили о том, что эти здания срочно минируются и готовятся к взрыву. Тогда танковые части и отряды разминирования прорвались в город и, не ввязываясь в бои на его подступах, захватили квартал с правительственными учреждениями.
3 июля 1944 года столица Белоруссии Минск была полностью очищена от оккупантов. Из подвалов и развалин выходили навстречу советским воинам мирные жители. Бледные, худые, измученные, они со слезами радости встречали своих освободителей. Преподносили им цветы. Опираясь на палку, к солдатам подошла старушка, назвавшаяся Акулиной Русько. Она просила бойцов отомстить фашистским извергам за трех ее молодых и красивых сестер, увезенных на каторгу в Германию. Лейтенант Пилипенко спросил ее:
— Бабушка, а сколько вам лет?
Тяжело вздохнув, та с трудом произнесла:
— Мне тридцать семь.
Никто из солдат не стал ее спрашивать, почему она выглядела почти старухой. Все было и так ясно.
И все-таки радость освобождения оказалась сильнее горести утрат. Минск ликовал.
К ночи подразделения 1158-го полка остановились на привал у совхоза «Михайловского» и вместе с другими частями дивизии качали подготовку к дальнейшим боям.
Восточнее Минска в окружении оказалась стотысячная немецкая армия. К 11 июля она была разбита, взята в плен или уничтожена.
352-я дивизия участвовала в ликвидации остатков вражеских частей, пытавшихся просочиться через линию фронта западнее Минска.
Вечером 7 июля стало известно, что в районе колхоза «Вольма» появилась большая группа гитлеровских солдат и занялась мародерством. Ее ликвидация была поручена бойцам 3-го батальона под командованием капитана Курбатова. Комбат приказал командиру 7-й стрелковой роты лейтенанту Ковалеву ударить по лесу с фронта, а группу под командованием своего заместителя капитана Карпунина послал в обход. Солдаты начали прочесывать лес. Гитлеровцы открыли огонь, но наши бойцы, используя искусственные укрытия, постепенно продвигались вперед и сжимали кольцо. Солдаты Савченко и Иванов, выскочив на поляну, заметили в кустах мелькавшие каски. Они обстреляли кусты из автоматов, а Савченко крикнул:
— Рота, в атаку! Вперед!
Немцы прекратили сопротивление и один за другим с поднятыми руками стали выходить из кустов. Тем временем подоспели другие бойцы, построили пленных в колонну и отправили в штаб.
Прочесывание леса продолжалось. Рядовой Иванов не успел сделать несколько шагов, как выскочивший из-за куста обер-лейтенант в упор выстрелил в него из пистолета. Падая, Иванов успел прошить врага из автомата. В это время подоспел капитан Карпунин с несколькими солдатами. Они взяли в плен еще 27 гитлеровцев.
8 июля ликвидация оставшихся гитлеровских банд была закончена и части дивизии получили новую задачу. На марше воины узнали радостную весть. За мужество и героизм, проявленные при освобождении Минска, приказом Верховного Главнокомандующего всему личному составу 352-ой сд. была объявлена благодарность, а полкам присвоено почетное наименование «Минских».
Активное преследование врага продолжалось до 13 июля. Воины днем и ночью шли на Запад в направлении города-крепости Гродно. То двигались колоннами, то быстро принимали боевые порядки. Громили вражеские заслоны, встречавшиеся на пути, и снова шли, делая короткие привалы. Временами ноги отказывались идти. Но сила воли, солдатский долг перед родиной брали верх над усталостью.
Наиболее выносливые, старые солдаты делились с молодыми своим собственным опытом, вспоминали, как они в годы гражданской войны голодные, босые громили беляков. Постепенно и молодые обрели «второе дыхание», привыкли к тяжелым условиям марша. Все чаще в колонне слышались смех, шутки. Уставших подбадривали:
— Держись, браток, еще недельку-другую так потопаем и будем в Берлине русские блины печь.
13 июля части дивизии вышли на ближние подступы к Гродно, крупному узлу железных и шоссейных дорог. Отсюда рукой подать до государственной границы СССР.
Вечером 13 июля передовой отряд 1160-го полка под командованием заместителя командира дивизии полковника Логинова вышел на ближние подступы к Гродно, с ходу овладел господствующей высотой Лисья Гора, а на другой день рано утром освободил крупный населенный пункт Верцелишки. Развивая успех, командир дивизии ввел в бой 1162-й и 1160-й полки, а к вечеру того же дня — 1158-й полк. Два дня воины дивизии вели тяжелые бои. 15 июля подразделения 1162-го полка, сломив сопротивление противника, ворвались в немецкие траншеи западнее Верцелишек. Во время рукопашной схватки пали смертью храбрых комбат капитан Шмыков и мастер прямой наводки, артиллерист лейтенант Кочетков. Погибло тридцать воинов полка, семьдесят человек получили ранение.
В течение дня 15 июля гитлеровцы несколько раз предпринимали яростные контратаки. Воины дивизии стойко обороняли захваченный рубеж, нанося противнику большие потери.
Продвигаясь на правом фланге дивизии, подразделения 1158-го полка совершили обходный маневр, вплотную подошли к городу с севера и развернули стремительное наступление в направлении Тужевляны — Яловщина.
1-й стрелковый батальон Токунова по заболоченной местности, несмотря на сильный артминометный огонь, вышел к южной окраине Тужевлян и вышиб немцев с высоты 170,0.
В это же время 2-й батальон капитана Курбатова после короткого боя занял деревню Гайки, вышел на западные скаты высоты у населенного пункта Бояры. В результате умелого маневра подразделений 1158-го полка внешнее кольцо вражеской обороны города Гродно было прорвано. Полк навис над левым флангом противника, оборонявшего шоссе. Учитывая это обстоятельство, подполковник Колесников и приказал командиру 2-го батальона атаковать населенный пункт Кульбаки с восточной стороны, а первому обойти село по болоту севернее шоссе и прорвать внутреннее кольцо обороны врага.
Создавая видимость главного удара, бойцы 2-го батальона атаковали опорный пункт гитлеровцев в Кульбаки и приковали к себе внимание основных сил врага. А воины 1-го батальона шли в обход по болоту. Бойцы проваливались в трясину, падали. Использовали жерди, шинели, но продвигались вперед, таща на себе минометы и даже орудия. На исходе ночи батальон Токунова вышел к небольшой деревеньке Малишкино, закрепился на опушке леса. Медленно наступал рассвет. На землю опустился густой туман. Это облегчило штурм вражеских укреплений. Командир батальона капитан Токунов немедленно этим воспользовался и дал команду начать атаку.
— Вперед! — пронеслось по цепи. Бойцы бросились на штурм высоты. Как только загремело «ура!» и первые наши солдаты ворвались в окопы врага, гитлеровцы в панике бежали. Часам к 9 утра туман рассеялся и фашисты открыли сильный артиллерийский и минометный огонь, а потом бросились в контратаку. Особенно ожесточенная схватка завязалась на правом фланге батальона, где закрепилась первая рота лейтенанта Смирнова. Четыре раза на этом участке немцы бросались в психические атаки. В решительный момент боя, когда большая группа немецких солдат прорвалась на позиции роты, лейтенант Смирнов с криком:
— За мной, вперед! — бросился врукопашную, увлекая за собой бойцов. Атака была отбита. Но спустя некоторое время около роты солдат захватчиков полезли на участок, который обороняли пять бойцов во главе с рядовым Трифоновым. Бойцы дрались геройски и не отступили ни на шаг.
К вечеру подошел 2-й батальон капитана Булатова и отбросил фашистов. Наступила тревожная ночь. Город горел. Снова заработала наша артиллерия. На высоте и подступах к ней плясали огненные разрывы. Канонада гремела раскатисто, широко. Наши артиллеристы и минометчики молотили вражеский передний край, немцы огрызались, охотились за «катюшами»: как только сработает реактивная установка и поднимется над ней облако дыма, туда сейчас же летят десятки мин. Грохочущее зарево ночью походило на грозу небывалой силы.
Подразделения 1158-го полка заняли исходные позиция и приготовились к решительному штурму Гродно. В полночь подполковник Колесников отдал приказ, и воины пошли в атаку. Вперед вырвалась рота лейтенанта Смирнова, за ней продвигались и другие.
Немцы не ожидали удара с северной стороны и не могли оказать должного сопротивления. Квартал за кварталом освобождали советские бойцы, сзади артиллеристы катили на руках орудия и подавляли огневые точки врага. К двум часам ночи в наших руках оказались вокзал и почта. Рота Смирнова вырвалась к Неману. Перед бойцами открылась широкая полноводная река. С ходу началось ее форсирование. Вдруг с колокольни костела ударил немецкий пулемет. Командир 2-й батареи капитан Королев приказал выкатить орудия на прямую наводку.
— По костелу! Огонь!
Прогремел залп целой батареи. Кирпичная пыль столбом поднялась в небо. Еще несколько залпов сделали артиллеристы. Фашисты начали отходить.
Разнеслось дружное «ура!». Затрещали автоматные очереди. Наша пехота зацепилась за берег Немана и завязала бой на северной окраине Гродно. На юго-восточной окраине вели уличный бой подразделения 1160-го полка и медленно продвигались к центру города. Гитлеровцы оказывали упорное сопротивление, бросая в бой свежие силы пехоты, танки и самоходки. Борьба шла за каждый дом, подвал, чердак, лестничную клетку. Особенно тяжело приходилось солдатам 6-й роты лейтенанта Чебыкина. Ее бойцы за день отразили семь яростных контратак врага, но выстояли. Мастерски владея пулеметом, младший сержант Туголуков и рядовой Федоров в упор расстреливали озверелых фашистов, то и дело бросавшихся на них. К вечеру напряжение боя постепенно начало спадать. Гитлеровцы, выбитые из центральных районов города, отошли. 16 июля над Гродно взвилось красное знамя.
В этих боях воины дивизии проявляли массовый героизм. Старший сержант Л. Ф. Симаков (уроженец села Ольгино Муслюмовского района ТАССР) одним из первых ворвался со своим отделением на окраину города. В рукопашном бою уничтожил десять фашистских солдат. Не щадя своей жизни, дрались разведчики сержанта И. А. Нефедова (из села Красный Куйбышевского района ТАССР). Его бойцы уничтожили около десятка вражеских солдат, захватили в плен 11 человек, разбили два станковых пулемета, две подводы с военным имуществом. Рядовой 272-го отдельного противотанкового дивизиона Б. Г. Габдулхаков (уроженец села Таткандыз Бавлинского района ТАССР) смело вступил в бой с большой группой захватчиков. Отважный воин расстрелял из автомата 13 вражеских солдат. Отличились также В. И. Васильев (уроженец Ново-Письмянского района ТАССР), В. Д. Соболев (уроженец Столбищенского района ТАССР) и многие другие воины — уроженцы Татарии.
В боях за Гродно участвовали все части 352-й стрелковой дивизии. Многие ее воины были удостоены высоких наград. Командир 1162-го полка подполковник Виталий Антонович Кононенко за умелое руководство был награжден орденом Суворова III степени. Приказом Верховного Главнокомандующего за мужество и героизм всему личному составу была объявлена благодарность, а дивизия награждена орденом Красного знамени.
После освобождения Гродно части дивизии, преследуя противника и сбивая его заслоны, в начале августа вступили на территорию Польши и заняли оборону в районе Червонки.
7 сентября дивизию посетил командующий 3-м Белорусским фронтом, дважды Герой Советского Союза, генерал армии Черняховский Иван Данилович. Его сопровождал командир 71-го стрелкового корпуса Герой Советского Союза генерал-лейтенант Кошевой. Командующий побывал во многих подразделениях дивизии, провел смотр личного состава 2-го батальона 1160-го полка, беседовал с бойцами и офицерами.
После его отъезда в подразделениях развернулась интенсивная подготовка к наступлению. Для улучшения своих позиций нужно было захватить у немцев высоту 252,1, расположенную на юго-восточном берегу озера Шельмент и являвшуюся ключевой в немецкой обороне к городу Сувалки.
Вся окружающая местность на ее подступах простреливалась плотным огнем врага. Обороняли высоту части 170-й немецкой пехотной дивизии, солдаты которой участвовали в боях за Севастополь и Феодосию.
По приказу командира дивизии генерал-майора Стриженко в 1162-м полку был сформирован специальный штурмовой батальон. Ему придавались дополнительно 8 станковых пулеметов и минометная рота. Бойцы учились скрытно преодолевать препятствия, следовать вплотную к разрывам своих снарядов, взрывать дзоты. Тщательно изучался передний край врага, его инженерные сооружения, расположение огневых точек.
В ночь на 26 сентября штурмовая группа старшего лейтенанта Хлюстова и лейтенанта Хомякова незаметно просочилась в нейтральную зону и окопалась в ста метрах от врага, ожидая сигнала атаки. Саперы подготовили проходы. Всю ночь наши разведгруппы, действуя в стороне от главного участка прорыва, отвлекали на себя противника.
После полудня артиллеристы и минометчики обрушили на высоту ливень металла. Точно били по дзотам артиллеристы офицера Собцова. Одна за другой взлетали на воздух огневые тонки врага. Также уверенно работали минометчики капитана Шеретова, уничтожая живую силу противника. Одновременно высоту обработали две группы штурмовиков Ил-2.
Не дожидаясь конца артподготовки, штурмовые группы поднялись в атаку. Вот уже первые шеренги ворвались па высоту. Боец Войцеховский водрузил красный флаг. Но бой еще продолжался.
На левом фланге, недалеко от маленького хуторка, гитлеровцы начали скапливаться для контратаки. Но их вовремя заметили наши артиллерийские наблюдатели. Удар батарей развеял противника. Не получив поддержки резервов, оборонявшие высоту подразделения вермахта отступили.
Вслед за штурмовыми группами высоту заняли бойцы стрелковых подразделений 1162-го полка. Но немцы не отказались вернуть высоту. Они подтянули на этот участок из района Прудзишки свежие артиллерийские силы, а на рассвете 27 сентября бросили в контратаку около батальона пехоты и несколько самоходных орудий «фердинанд». Наши артиллеристы открыли сильный заградительный огонь, фашисты вынуждены были отойти, понеся большие потери. В этот день отличились батареи капитана Кириченко, капитана Попова, а также разведчики Трапезников, Чернов и Кондратенко.
Вой за высоту продолжались с переменным успехом в течение трех недель. Немцы вводили в бой все новые и новые силы пехоты и танков, переброшенных с других участков, обрушивали на дивизию огонь дальнобойной артиллерии, почти не прекращали бомбежки с воздуха, но так и не могли сломить стойкость советских воинов.
В боях за высоту солдаты и офицеры проявляли образцы героизма и отваги. На лейтенанта Смирнова выскочили сразу пятнадцать немецких солдат. Он не растерялся. Успел бросить две гранаты и 11 фашистов уложил наповал, но и сам пал смертью героя. Погибли капитан минометной батареи Бусь и герой боев за Белоруссию старший лейтенант Чебыкин.
Телефонисту Н. П. Немцову то и дело приходилось исправлять порванную линию связи.. Под сильным огнем врага он ползал, отыскивая порывы. Гитлеровцы, заметив его, начали бросать гранаты. Вот одна плюхнулась рядом, зашипела змеей. Немцов схватил ее и бросил обратно, а вторую не успел, граната разорвалась недалеко, отважного связиста ранило, но он продолжал исправлять связь. За проявленное мужество телефонист Немцов награжден орденом Славы III степени.
Разведчик 2-го дивизиона 914-го артполка Имар Мурзакулов уничтожил из автомата и гранатами более 40 фашистских солдат. Его тяжело ранили. Гитлеровцы окружили героя и хотели взять в плен. Но Имар нашел в себе силы бросить противотанковую гранату в ноги фашистам и сам погиб от этого взрыва. Его посмертно наградили орденом Отечественной войны I степени.
В боях за освобождение Белоруссии воины 352-й сд. прошли 800 километров, освободили 500 населенных пунктов, уничтожили до 4000 солдат и офицеров врага, около 500 пленили.
Прорвав долговременную оборону на подступах к Восточной Пруссии, воины дивизии подошли вплотную к границам фашистской Германии и заняли оборону. 

Вернуться к книге
ДЮРЯГИН Г. М.
Сквозь пламя войны

Обсуждение

blog comments powered by Disqus