Установление Советской власти в городе Гжатске и Гжатском уезде. Борьба Гжатчан за власть Советов

Известие об Октябрьском перевороте долетело до Гжатска очень быстро. Уже вечером 26 октября был созван чрезвычайный пленум исполкома Гжатского Совета,
при открытии которого председательствующий правый эсер Назаров прочитал телеграмму о событиях, происшедших в Петрограде.

«Оставаться спокойными нельзя, — заявил Назаров,— надо проверить наличие оружия и установить связь с железнодорожниками» {Очевидно, эсер Назаров имел в виду ту часть железнодорожников, которая шла за Викжелем — контрреволюционным эсеро-меньшевистоким органом.}. Эсерам и меньшевикам удалось добиться принятия на пленуме антисоветской резолюции.

В ответ на открытые контрреволюционные действия эсеров и меньшевиков большевистская группа образовала свои Советы. Народные массы открыто выражали симпатии большевистским Советам. Это вызвало смятение в контрреволюционном лагере мелкой буржуазии.

29 октября было созвано заседание эсеро-меньшевистского исполкома, на котором подвергся обсуждению вопрос о большевистских Советах. В принятом решении эсеры и меньшевики еще раз заявили, что «исполком не пойдет с большевиками».

Всемерно цепляясь за власть, эсеры и меньшевики возлагали большие надежды на предстоящие выборы в Учредительное собрание. Они рассчитывали путем обмана народных масс получить какое-то большинство на выборах.

1 ноября, по инициативе большевиков, состоялось расширенное заседание Гжатского Совета, на котором был подвергнут обсуждению вопрос «О тактике исполкома в связи с текущим моментом». На этом заседании эсеры и меньшевики пытаются уже маневрировать. Они предлагают компромиссную резолюцию:
«Сознавая полное банкротство павшей коалиции и что сила демократии в существовании единого фронта, признать необходимым мирное разрешение политического кризиса». Далее проект эсеро-меньшевистской резолюции предлагал: «Власть организовать однородную из представителей только социалистических партий, опирающуюся только на большинство всей революционной демократии» {«Рабочий путь», 16 ноября 1927 года.}.

Нет сомнений, что «большинство революционной демократии» эсеры и меньшевики надеялись сохранить за собой. Но они просчитались. Да и время проволочек прошло. По всей стране продолжалось победоносное шествие пролетарской революции.

Присутствовавшие на заседании исполкома большевики выступили со своим проектом резолюции: «Создать власть, опирающуюся только на Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов» {«Рабочий путь», 16 ноября 1927 года.}.

Неожиданно для эсеро-меньшевистского руководства подавляющее большинство исполкома высказалось за проект резолюции, предложенный большевиками. Дело в том, что к 1 ноября соотношение сил в исполкоме Совета изменилось в пользу большевиков, так как колеблющиеся элементы под влиянием происходивших в стране событий стали переходить на сторону большевиков. С большим возмущением и шумом эсеры и меньшевики удалились с заседания. Вслед за тем был создан Военно-революционный комитет, состоявший в основном из солдат 11-го запасного полка, прибывшего в Гжатск с Западного фронта в конце сентября. Возглавленные большевиками Советы и Военно-революционный комитет взяли в свои руки всю полноту власти в городе и деревне. Таким образом, ровно через неделю после Октябрьского переворота в Петрограде, 1 ноября 1917 года, была установлена Советская власть в Гжатске.

Одной из главных задач только что возникших советских органов власти в Гжатске явилось задержание воинских эшелонов, направляемых контрреволюцией с Западного фронта в Москву для подавления революционных сил. С этой задачей гжатчане справились неплохо, умело используя революционных солдат местного гарнизона.

Параллельно проводилась активная работа по привлечению на сторону пролетарской революции колеблющихся элементов местных частей и подразделений. В начале ноября из Петрограда, Москвы, Вязьмы и других городов прибыли в Гжатск большевистские агитаторы. Совместно с местными революционными силами они провели большую разъяснительную работу среди солдат гжатского гарнизона.

Одновременно советские органы власти вели большую организационную и политическую работу по налаживанию советских органов власти на местах, в селах и волостных центрах уезда. В конце 1917 — январе 1918 года были созданы 23 волостных исполнительных комитета и 365 сельсоветов, стоявших на позициях советской власти и диктатуры пролетариата.

В середине марта 1918 года состоялся первый съезд Советов Гжатского уезда, прошедший под знаком борьбы с врагами Октябрьской революции и дальнейшего организационного и политического укрепления Советов в уездном городе и на местах.

В последующие дни и месяцы идет процесс упрочения органов Советской власти, их более тесной связи с широкими массами рабочих и крестьян. Батраки и беднейшие крестьяне и созданные ими комитеты бедноты являлись опорой местных органов Советской власти.

В течение 1918 года была организационно оформлена большевистская организация города Гжатска, создавались коммунистические ячейки в волостях, которые росли численно, крепли с каждым днем и оказывали все большее влияние на трудящихся.

Но враги социалистической революции и Советской власти не сложили оружия. Беспредельно ненавидели все новое помещики, буржуазия, чиновники и все те, кто пользовался благами прежнего антинародного правления. Не считали еще свое дело окончательно потерянным эсеры и меньшевики. В день ухода из Совета они резко выступили на страницах газеты «Голос народа» за Учредительное собрание.
Эсеры без устали продолжали твердить: «Последняя надежда, последнее наше упование — Учредительное собрание. Оно, и только оно может решить вопрос о мире и перемирии...» {«Голос народа», 28 ноября 1917 года.}.

Ценою больших усилий и демагогии гжатские эсеры сумели получить на выборах в Учредительное собрание относительное большинство. Результаты выборов в Учредительное собрание по городу и уезду таковы: эсеры получили 20 984 голоса, большевики — 19 275, кадеты — 2034, меньшевики — 432. Остальные партии получили в общей сложности 796 голосов. Около 45 процентов имевших право голосовать вовсе не участвовали в голосовании.

Не лишне напомнить, что большевистский список кандидатов в депутаты Учредительного собрания по всей Смоленской губернии получил абсолютное большинство голосов, что в Смоленском, Рославльском, Вяземском и некоторых других уездах большевики получили больше голосов, чем все остальные партии, вместе взятые.

Результаты выборов еще раз говорили о том, что в Гжатске имелась сильная эсеровская организация, что и в дальнейшем трудящимся Гжатска и уезда придется проводить большую работу по укреплению органов Советской власти, добиваясь полной изоляции и идейного разгрома эсеров. Наличие сравнительно большой эсеровской организации в Гжатском уезде объяснялось тем, что во многих селах уезда имелась значительная прослойка кулаков и зажиточных крестьян, особенно в волостях с развитым льноводством.

1918 год был тяжелым годом для молодой Советской республики. Объединенные силы иностранных империалистов и внутренней контрреволюции действовали всюду, стремясь уничтожить Советскую власть и восстановить в России буржуазные порядки. Империалисты США, Англии, Франции, Японии организовали военную интервенцию и высадили свои войска во многих местах Советской России. При активной поддержке империалистов выступили против Советской республики белогвардейские генералы Корнилов, Деникин, Краснов, Дутов, Мамонтов и другие.

Интервенты и внутренняя контрреволюция отторгли огромные территории, основные продовольственные сырьевые и топливные районы страны. Не хватало многого, крайне необходимого. Исключительно тяжело было с продовольствием. Своего хлеба не хватало, а империалисты не хотели нам продавать продовольствие.

Антисоветские силы Гжатска и уезда решили воспользоваться этими затруднениями. Они развернули деятельную подготовку к вооруженному восстанию, разгрому большевистских организаций и насильственному захвату власти. Чтобы усилить голод, кулаки и спекулянты стали прятать хлеб. Местная контрреволюция начала широкую антисоветскую агитацию среди населения.

Особенно большую активность проявляли монахи Колочского монастыря, возглавлявшиеся архимандритом Никифором. Они вместе с другими врагами трудящихся сумели сагитировать отсталую часть населения ближайших деревень на бунт против местных органов власти. На территории Корытовской, Липецкой и Пречистенской волостей монахи, попы и кулаки, совместно с обманутыми ими крестьянами, учинили зверский разгром неуспевших еще окрепнуть волостных и сельских Советов.

В середине ноября 1918 года начался уже открытый мятеж. Местную контрреволюцию поддержала крупная банда, прибывшая из соседнего Медынского уезда Калужской губернии. К этой банде, состоявшей из помещиков, бывших офицеров, кулаков, попов и монахов, присоединились гжатские эсеры и меньшевики. Ранее подготовленные к антисоветским действиям отсталые крестьяне влились в банду. Многие крестьяне включались в контрреволюционную толпу насильственно, под угрозой расправы.

Во главе мятежа стояли помещик Булгаков, лесопромышленник Сахаров, бывшие офицеры Попов, Агальцов и Филиппов, кулаки Годовашкин и Ястребов. Контрреволюционные банды начали разгром местных органов власти, учиняя в захваченных волостях самосуд над коммунистами и беспартийными активистами.

В Пречистенской волости мятежники убили военного комиссара Сушкина, в Корытовской волости убили председателя волостного комитета бедноты Н. М. Похлебкина, расправились со многими другими. Некоторые партийные и советские работники, захваченные мятежниками, подверглись зверским избиениям и были посажены под арест. С ними контрреволюция хотела расправиться всенародно с целью устрашения сторонников Советской власти. Расправляясь с руководителями советских органов власти, враги пролетарской революции повсюду устанавливали власть «временного правительства».

16 ноября со всех концов уезда мятежники двинулись на Гжатск. В распоряжении уездных органов власти не оказалось необходимых военных сил для организации сопротивления контрреволюционным бандам. Части и подразделения, находившиеся в городе ранее, были расформированы или переброшены в другие места. В Гжатске оставался караульный батальон, но ко времени наступления мятежников большая часть красноармейцев отсутствовала. Местное советское руководство не оставалось бездеятельным. Оно пыталось раздавить контрреволюционные силы на местах, не ожидая появления их в Гжатске. Поэтому, как только стало известно об активизации контрреволюционных банд в Семеновской волости, М. П. Ремизов, стоявший во главе уездного комитета РКП (б) и одновременно являвшийся председателем уисполкома Советов, вместе с караульным батальоном отправился туда. Действуя решительно, М. П. Ремизов быстро навел порядок в волости. Но как раз в это время мятежники и совершили нападение на Гжатск.

Мятежники учинили зверскую расправу над руководящими партийными и советскими работниками уезда. Они убили члена ВЦИК, заведующего уездным отделом народного образования Л. Цыпкина, руководителя ЧК Ф. Эйзенарма, сотрудника уездной ЧК Михаила Годунова, красноармейцев Герасимова и Смольянинова и многих других. Около двух суток контрреволюционные банды продолжали зверства и глумления над людьми. Одновременно они разрушали помещения, ломали мебель, уничтожали книги.

Однако торжество мятежников было кратковременным. Действиями врагов советского государства возмутились самые широкие массы трудящихся. Против распоясавшихся банд в Гжатск были двинуты силы из ряда пролетарских центров Смоленщины и Московской губернии. К 25 ноября контрреволюционное восстание в Гжатском уезде было ликвидировано. Органы советской власти были восстановлены в городе и уезде.

Вожаки контрреволюционных банд так растерялись при виде прибывших из Москвы броневика и отряда красноармейцев, что не успели учинить расправу над многими захваченными ими советскими работниками. Только благодаря быстрому разгрому мятежников остались живыми, в частности, генерал-майор в отставке Федор Степанович Борисов, работавший до недавнего прошлого военкомом Смоленской области, и Илья Васильевич Кондиров, работающий до сих пор заведующим коммунальным хозяйством города Гжатска. В 1918 году Ф. С. Борисов занимал должность военкома Рождественской волости, а И. В. Кондиров — военкома Климовской волости.

Восстание контрреволюционных сил в Гжатском уезде явилось как бы составной частью общего выступления антисоветских сил в Смоленской губернии. Почти одновременно с гжатским восстанием, в сентябре—ноябре 1918 года были подавлены контрреволюционные выступления в Вяземском, Сычевском, Духовщинском, Поречском и других уездах Смоленской губернии.

За тысячи километров от Гжатска, в безлюдных песках Закаспия, погиб от руки врагов советского народа осенью 1918 года знаменитый гжатчанин Федор Федорович Солнцев.

Ф. Ф. Солнцев родился в городе Гжатске в 1889 году. На протяжении ряда лет он работал в типографиях Самары и Москвы. Там он сблизился с революционными деятелями и сам стал стойким революционером-большевиком. Февральская революция застала Ф. Ф. Солнцева на Закавказском фронте. Здесь он с головой окунулся в революционную работу, выступая страстным агитатором и пропагандистом ленинских идей. К дням Октябрьской революции Ф. Ф. Солнцев был уже признанным и популярным руководителем революционных солдатских масс. В Саракамыше он занимает пост члена Военно-революционного комитета и председателя Военно-революционного трибунала. После непродолжительной работы в Тифлисе, 28 февраля (по старому стилю) Ф. Ф. Солнцев направляется в Баку и назначается комиссаром по формированию Кавказской Красной Армии. Он становится одним из руководящих советских деятелей Азербайджана.

В начале августа 1918 года английские интервенты захватили Баку и арестовали советских руководителей Азербайджана, которые спустя несколько недель были переброшены, в Красноводск. 20 сентября английские империалисты и закаспийские эсеры увезли бакинских комиссаров из Красноводска и на 207-й версте зверски расстреляли их. В числе 26 бакинских комиссаров погиб героической смертью и славный сын советского народа, 29-летний гжатчанин — большевик Федор Федорович Солнцев, память о котором навсегда сохранится в сердцах советских людей.

В наступившем 1919 году международное и внутреннее положение Советской республики еще более осложнилось. Поддерживаемая империалистами контрреволюционная армия Колчака весной 1919 года дошла почти до Волги. Огромные пространства восточной части нашей страны были заняты контрреволюционными армиями. Летом 1919 года предприняли поход с юга на Москву белогвардейские армии Деникина. На Петроград враги советской власти бросили белогвардейский корпус Юденича.

Это было критическое время. Над Советской властью нависла серьезная угроза. Положение осложнялось тем, что в стране остро ощущался недостаток буквально во всем. Не хватало хлеба, топлива, керосина, соли, спичек. С большими перебоями работал железнодорожный транспорт. Из-за нехватки сырья и изношенности оборудования стояли многие фабрики и заводы.

Как и вся страна, очень тяжелое время переживал и Гжатский уезд. В 1918 году в уезде было заготовлено лишь 84 тысячи пудов хлеба, а в 1919 году и того меньше. Летом 1919 года в Гжатске и уезде наступил серьезный продовольственный кризис. Интервенция, выступления белогвардейцев и сильная хозяйственная разруха поставили в отчаянное положение трудящихся города и уезда.

О крайне тяжелом продовольственном положении гжатчан может свидетельствовать следующее сообщение:
«Ввиду совершенного отсутствия на складах уездного продовольственного комитета ржаной муки, временно, впредь до получения таковой, выпечка хлеба для выдачи населению города с 17 сего июня прекращается. Взамен хлеба по хлебным карточкам с указанного числа будет выдаваться по 1/8 фунта овсяной муки и по 1/8 фунта жмых на человека в день. Кроме того, по дополнительным хлебным карточкам, выданным лицам, занимающимся тяжелым физическим трудом, будет выдаваться дополнительно по 1/8 фунта овсяной муки и по 1/8 фунта жмых на человека в день» {«Известия Гжатского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов», 17 июня 1919 года.}.

Создавшаяся обстановка вызывала недовольство некоторой части населения, здесь не обошлось, конечно, дело без происков врагов. Большим злом в 1919 году было дезертирство. В каждой волости находились трусы и шкурники, которые уклонялись от мобилизации, убегали из Красной Армии. Эти люди хотели только пользоваться плодами революции, но не желали защищать землю и свободу.

Во время происходившего в Гжатском уезде белогвардейского мятежа в ноябре 1918 года большое количество оружия было брошено мятежниками в окрестностях города Гжатска и в лесах. Часть этого оружия находили потом дезертиры, скрывавшиеся в лесах. Они занимались воровством, грабежом и насилием.

При участии дезертиров кулаки, провокаторы и всякие иные антисоветские элементы в некоторых селениях Гжатского уезда подбили бедноту на разгром сельских продовольственных магазинов. Захваченный хлеб продавался затем нередко по спекулятивным ценам, недоступным для трудящихся.

Вот в такой тяжелой обстановке по призыву Коммунистической партии и Советского правительства лучшие сыны нашего народа напрягали все силы для разгрома врагов и преодоления внутренних трудностей. Посильный вклад в общее дело борьбы советского народа с врагами революции внесли и трудящиеся города Гжатска и уезда.

Впереди шли коммунисты, беззаветно преданные Октябрьской социалистической революции и своему народу.
Коммунисты несли на своих плечах основную тяжесть военной, советской и хозяйственной работы. К началу 1919 года Гжатская уездная партийная организация насчитывала уже 23 ячейки. После отъезда М. П. Ремизова на руководящую работу в Смоленский губисполком в феврале 1919 года во главе гжатской коммунистической организации стали Н. Тимофеев, А. Разоренов и Иван Ремизов.
С конца апреля 1919 года гжатские коммунисты начали создавать части особого назначения для борьбы с врагами советской власти на местах.

В обстановке грозной опасности, нависшей над Родиной, весной 1919 года Гжатский уездный комитет РКП (б) мобилизовал коммунистов и срочно отправил их на фронт. В числе первых были мобилизованы коммунисты Г. Смирягш, Мельников, Некрасов, Н. Бушняков, В. Захаров, И. Осипов, В. Константинов, В. Павлов, В. Гохман, И. Коркин и другие. По постановлению губкома и укома РКП (б), каждая коммунистическая ячейка города и уезда выделяла 30 процентов своих членов для отправки на фронт.

Почти в то же время, в апреле 1919 года, пленум Гжатского совета профессиональных союзов также вынес решение о мобилизации 30 процентов членов профсоюза для посылки на Восточный фронт. Многие и многие сотни гжатчан были призваны в Красную Армию в порядке воинской повинности.

4 июня 1919 года в Гжатске организовался Союз коммунистической молодежи. На организационном собрании присутствовало около ста человек, из которых 27 сразу же заявили о своем желании вступить в комсомол {«Известия Гжатского Совета РК и КД», 14 июня 1919 года.}. Гжатские комсомольцы с первых дней показали себя хорошими помощниками коммунистической организации. Они выполняли важные поручения организации, учились сами и стремились воспитывать молодежь.

В конце июля 1919 года уездный комитет Гжатской комсомольской организации принял «Воззвание ко всей молодежи города Гжатска и уезда», которое характеризовало тяжелое положение, создавшееся в стране, и призывало молодежь к защите завоеваний Октябрьской революции.

«И мы должны принять самое деятельное участие в той великой борьбе, которая происходит на наших глазах», — говорилось в заключении воззвания {«Известия Гжатского Совета РК и КД», 1 августа 1919 года.}.
Гжатская комсомольская организация быстро росла, и в январе 1920 года в ее рядах насчитывалось уже 259 членов. Многие комсомольцы гжатской организации были направлены на фронт.

7 июня 1919 года Гжатск посетил председатель ВЦИК Михаил Иванович Калинин. На специально созванном митинге присутствовало около двух с половиной тысяч красноармейцев гжатского гарнизона, граждан города и крестьян, бывших в городе. В своем выступлении М. И. Калинин говорил о необходимости преодолеть трудности, оздоровить хозяйственную жизнь и мобилизовать народные массы на разгром врагов Советской власти. Он ознакомился с нуждами и запросами местного населения, дал полезные советы и указания партийным и советским руководителям города и уезда.

Рабочие, крестьяне и передовая часть интеллигенции всемерно помогали укреплению местных органов Советской власти, помогали преодолевать трудности, организовывать борьбу со всеми врагами трудящихся. Население Гжатского уезда оказывало местным советским органам действенную помощь в борьбе с дезертирством. Так, крестьянин деревни Дубки, Субботниковской волости, Никифоров направил в Гжатский уездный военный комиссариат заявление, в котором просил принять меры воздействия к двум его сыновьям-дезертирам Фоме и Петру.

«Я хочу, чтобы мои сыновья приносили пользу Советской власти», — писал он {«Известия Гжатского Совета PK и КД», 11 июля 1919 года.}.

В 1919 году на территории Смоленской губернии оперировали бандитские шайки «барона Кыша», братьев Жигаловых и других. Местное население активно помогало ликвидировать эти банды органам ЧК. Разгром бандитских шаек благоприятно отразился на советском строительстве на местах и на настроении крестьян.

Однако когда белогвардейские армии Деникина подошли к Туле, осенью 1919 года, местные контрреволюционные силы снова активизировались. Враги советской власти опять стали усиленно распространять враждебные слухи о скором падении советской власти, нападали на активных работников.

В этих условиях 10 октября 1919 года в Гжатске и уезде было введено военное положение и создан Военно-революционный комитет в составе тт. Тимофеева, увоенкома Владимирова и И. Ремизова. Ревком призывал трудящихся усилить бдительность и теснее сплотиться вокруг рабоче-крестьянских Советов, удесятерить помощь фронту {«Известия Гжатского Совета PK и КД», 10 октября 1919 года.}.

С 25 октября по 1 ноября 1919 года в Гжатском уезде была объявлена «Партийная неделя». Беспартийные трудящиеся призывались вступить в ряды Российской Коммунистической партии (большевиков). «Старая партия большевиков зовет молодые, свежие силы в свои ряды. Помогите нам навсегда уничтожить капитализм!» — говорилось в обращении {«Известия Гжатского Совета PK и КД», 25 октября 1919 года.}.
Трудящиеся города и уезда горячо откликнулись на призыв партии. В течение «Партийной недели» вступило в ряды РКП (б) 478 новых членов.

Рабочие и крестьяне все более начинали понимать, что дело, за которое борется Коммунистическая партия, есть дело народа. Крестьяне Липецкой волости, заслушав в те дни доклад об Октябрьской революции, писали в своей резолюции: «Советская власть есть наша власть, власть трудового населения, и мы сделаем все, что в наших силах, чтобы поддержать эту власть, чтобы защищать ее от покушения на нее буржуазии» {«Известия Гжатского Совета РК и КД» от 15 ноября 1919 года.}.

Чтобы еще более помочь фронту и скорее восстановить сильно разрушенное хозяйство, коммунисты гжатской организации с конца 1919 года систематически проводили «воскресники» или «субботники». Участие в субботниках для коммунистов было обязательным. Вместе с коммунистами на субботники выходили комсомольцы, беспартийные рабочие и служащие.

Благодаря героическим усилиям трудящихся, сплотившихся вокруг Коммунистической партии и Советского правительства, в 1919 году было нанесено поражение белогвардейским армиям Колчака и Деникина. Красная Армия повсеместно продвигалась вперед, освобождая советские города и села.

В целях усиления помощи Красной Армии и ликвидации хозяйственной разрухи в начале 1920 года проводилась «Неделя фронта и транспорта». Местные советские и партийные организации призывали решительнее бороться с дезертирством, организовать сбор казенного обмундирования и оружия, теплых вещей, сапог и продуктов питания для Красной Армии, выполнить причитающиеся продовольственные наряды.

В «Неделю фронта и транспорта», кроме того, вывозили дрова к железнодорожным станциям, помогали семьям красноармейцев. Трудящиеся стремились как можно скорее приступить к нормальному мирному труду. 1 мая 1920 года прошел всероссийский субботник. Население Гжатска чистило и ремонтировало бараки, пилило и грузило дрова в вагоны, благоустраивало городской сквер на Красной площади, сажало деревья у школ и т. д.

Однако, как показали события, враги Советской республики не унимались. Весной 1920 года империалисты организовали еще одну вылазку против советской России. На этот раз при активной поддержке империалистов США, Франции и Англии наступали белополяки с запада и врангельцы с юга.
Советский народ, только что энергично взявшийся за подъем своего хозяйства, вынужден был опять вступить в вооруженную борьбу.

В связи с началом третьего похода Антанты Гжатский уездный комитет РКП (б) произвел новую мобилизацию коммунистов и 24 июня отправил их на Западный фронт. В августе прошла еще одна мобилизация коммунистов. Многие солдаты частей гжатского гарнизона добровольно отправлялись в действующую армию {В 1919—1920 годах в Гжатске находился значительный гарнизон. Здесь были размещены: 7-й кавалерийский дивизион, артиллерийский дивизион, караульный батальон, 13-я запасная гаубичная батарея, запасный латышский батальон, Минский военный госпиталь, 14-й госпиталь, 19-й авиаотряд, команда связи и другие.}.

Население города и уезда прилагало все силы, чтобы поскорее разбить белополяков и врангелевцев. Молодежь направлялась в Красную Армию. Несмотря на продолжавшееся тяжелое продовольственное положение, крестьяне помогали фронту, чем только могли. Они доставляли раненым красноармейцам, лечившимся в Гжатске, яблоки, яйца, сыр, молоко, хлеб и т. д.

Крестьяне многих сел, как и раньше, активно боролись с дезертирством. Жители деревни Шарапово, Вельмежской волости, постановили на своем собрании: «Принять самые энергичные меры, чтобы у нас ни одного дезертира не было в деревне, немедленно устроить облаву в окрестных лесах, потому что мы поняли, какой вред приносят дезертиры интересам рабоче-крестьянской власти и обороне Советской России против польских панов, когда каждый солдат должен принести в пользу этой обороны всю энергию» {«Известия Гжатского Совета РК и КД» от 23 июля 1920 года.}.

Рабочие и служащие Гжатска отчисляли однодневный—трехдневный заработок в помощь фронту. Солдаты и командно-политический состав частей и подразделений  гжатского гарнизона выделяли трехдневный паек и часть своего денежного содержания.

И в тяжелые годы гражданской войны партийные и советские органы города Гжатска и уезда уделяли исключительно большое внимание народному образованию, просвещению трудящихся. Освобожденный трудовой народ, ставший хозяином своей судьбы, с беспредельной энергией рвался к свету, к знаниям.

В первую очередь внимание местных органов и общественности было привлечено к школам. Трудности здесь были не только в том, что не хватало школьных помещений, учебных пособий и письменных принадлежностей. Еще хуже обстояло дело с учителями. К началу 1920/21 учебного года в Гжатском уезде имелось 860 учителей. Но многие из них плохо были подготовлены к преподаванию в советской школе.

Большинство учителей, получивших образование в старых, дореволюционных школах и находившихся под влиянием буржуазных идеологов, неприязненно встретило Октябрьскую революцию. К тому же гжатское учительство в значительной степени испытывало влияние эсеров и меньшевиков. Многие учителя находились в лагере саботажников.

Лишь спустя некоторое время эта часть учительства осознала свои заблуждения и включилась в активную работу в советских школах. Третий съезд работников просвещения и социалистической культуры Гжатского уезда, проходивший с 29 декабря 1919 года по 3 января 1920 года в своем решении записал, что «перелом в пользу новой школы как и среди школьных работников, так и в самой постановке учебно-воспитательного дела, совершился» {«Известия Гжатского Совета РК и КД» от 6 февраля 1920 года.}.

Местные органы власти и общественность принимали все меры к тому, чтобы поднять крайне низкий материальный уровень учителей и обеспечить школы хотя бы самым необходимым оборудованием и учебниками.
Благодаря повседневному вниманию, оказываемому народному образованию, с каждым годом росло количество школ, улучшался учебный процесс. В 1917/18 учебном году в Гжатском уезде было 152 школы, а в 1919/20 учебном году их стало 207. Значительно выросло число учащихся.
Заслуживает внимания, что, руководствуясь марксистско-ленинским учением, местные руководящие работники уже тогда, в первые годы Советской власти, ставили вопрос о политехнизации школы, о связи школьного обучения детей с производственной деятельностью.

В начале мая 1919 года заведующий уездным отделом народного образования Гришаневский отдал следующее распоряжение всем школьным советам и заведующим волостными отделами народного образования: «Конец учебного года использовать для практических занятий в поле, саду и огороде, где к тому предоставляется по местным условиям возможность для обобщения и углубления сведений учащихся по природоведению и в частности сельскому хозяйству, не останавливаясь перед отменой обычных классных занятий» {«Известия Гжатского Совета РК и КД», 9 мая 1919 года.}.

В целях политехнизации обучения в городе и уезде имелось 15 мастерских по обработке дерева, восемь переплетных мастерских и т. д.

С 1918 года в Гжатском уезде развернулась массовая культурно-просветительная работа среди населения. Почти повсюду, в городе и деревнях, силами местной художественной самодеятельности ставились спектакли, создавались избы-читальни. Весной 1919 года в Гжатске был открыт Народный дом. Лишь в 1919/20 учебном году внешкольным подотделом Гжатского уездного отдела народного образования было открыто в уезде 250 изб-читален. На каждую избу-читальню выписывались газеты «Правда», «Известия», «Беднота», «Известия Гжатского Совета РК и КД» и другие {«Известия Гжатского Совета РК и КД», 7 августа 1919 года.}.

В том же году в уезде работало 63 культурно-просветительных общества. Многие из них, помимо постановки спектаклей, устраивали лекции, организовывали кружки самообразования, курсы, музыкальные кружки и прочее. В течение короткого времени в уезде было создано 25 библиотек, в которых насчитывалось более 100 000 книг. Двери всех библиотек были широко открыты для трудящихся. На Совет Гжатского музея уездный съезд по внешкольному образованию, состоявшийся в июне 1919 года, возложил обязанность инструктировать работников на местах по собиранию материалов и экспонатов для музеев уезда.

Всемерно развертывая и улучшая школьную и культурно-просветительную работу, партийные и советские органы вплотную занялись ликвидацией неграмотности среди взрослого населения города и уезда.

4 марта 1920 года в местной газете был опубликован Декрет за подписью Председателя СНК В. И. Ленина о ликвидации безграмотности среди населения РСФСР. В Декрете указывалось, что в целях предоставления всему населению республики возможности сознательного участия в политической жизни страны Совет Народных Комиссаров постановил: «Все население республики в возрасте от 8 до 50 лет, не умеющее читать или писать, обязано обучаться грамоте на родном или русском языке, по желанию. Обучение это ведется в государственных школах как существующих, также и в учреждениях, приспособляемых для ликвидации неграмотности населения...» {«Известия Гжатского Совета РК и КД» от 4 марта 1920 года.}.

Выявление неграмотных для обучения их в школах  взрослых началось в Гжатском уезде еще летом 1919 года. В феврале—марте 1920 года были взяты на учет все неграмотные, а также и культурные силы, способные принять участие в ликвидации безграмотности. Были подысканы помещения под школы для взрослых, приобретены книги, бумага, перья.

Неграмотных оказалось, как и следовало ожидать, очень много. Поэтому решено было в первую очередь привлечь к обучению лиц в возрасте от 14 до 30 лет (в городе — от 14 до 50 лет), стремясь при этом возможно полнее охватить обучением детей в возрасте от 8 до 14 лет.

В феврале 1920 года в Гжатске был открыт народный рабоче-крестьянский университет имени Петра Алексеева, для занятий в котором записалось более 800 человек. Правда, на две трети слушатели состояли из красноармейцев местного гарнизона. При университете имелось 4 факультета: общеобразовательный, административно-хозяйственный, социально-педагогический и сельскохозяйственный. Занятия велись по 4 часа в день в вечернее время.

Примерно тогда же при Гжатском укоме РКП (б) была открыта партийная школа, в которой слушатели занимались в течение одного месяца и потом снова направлялись на практическую работу.

Коммунистическая партия и Советское правительство делали все возможное, чтобы улучшить медицинское обслуживание населения. С лета 1918 года началось создание детсадов. В Гжатске было открыто восемь детских садов, в которых воспитывалось 280 детей. Шесть детских садов, охватывавших около 225 детей, имелось в уезде. В 1920 году в Гжатске был открыт Дом матери и ребенка.

Как и во всей стране, местные органы власти уделяли большое внимание борьбе с беспризорностью. В тяжелых условиях 1917—1920 годов в уезде было создано девять детских колоний, в которых более 350 мальчиков и девочек училось грамоте, ремеслам, сельскохозяйственным работам; их приобщали к коллективу и общественной работе.

Вернуться к книге
В.С. ОРЛОВ, А.В. ЧЕРНОБАЕВ
ГЖАТСК

Обсуждение

blog comments powered by Disqus