В октябре грозного 41-го

В период 14—15 октября 1941 года севернее Гжатска за деревней Яковлево, в Красной роще сосредоточилась группа войсковых подразделений из состава войск Западного фронта, выходивших из окружения из-под Вязьмы во главе с нашей 152-й дивизией. Все эти разрозненные, поредевшие подразделения в двухнедельных кровопролитных, жестоких боях в окружении были сильно ослаблены и малочисленны, но не сломлены духом. Они упорно пробивались к Москве. Возглавлял бойцов командир 152-й дивизии полковник Петр Николаевич Чернышев.

Невдалеке от Красной рощи, в 300-х метрах с нашей стороны, на самом берегу левобережья реки Гжать находились 5—6 дворов деревни Кривцы, против них через реку Гжать переправа, а левее двориков вниз по течению в 300—400 метрах у деревни Рагутино — деревянный мост.
Обе переправы охраняли немецкие автоматчики из большого гарнизона, находившегося за рекой Гжать в селе Куршево. Через село проходил грейдерный большак Гжатск—Карманово—Ржев, по которому, прикрыв переправы с поля, немцы расставили 6 танков с интервалом в 200— 300 метров друг от друга. Все это находилось на пути выбранного нами маршрута и предполагаемой переправы через реку Гжать.

Продолжать находиться в лесу, накапливать силы подходившими из-под Вязьмы новыми группами войсковых подразделений — значит рисковать людьми, неминуемо быть уничтоженными. Надо было немедленно покинуть Красную рощу и продвигаться, пока немцы не предприняли решительных действий. Но они допустили одну оплошность, которой мы и воспользовались: два дня мы вели разведку с дворов деревни Кривцы и установили, что усиленная охрана моста и переправы менялась дважды: утром и примерно в 12 часов ночи. В конце дня, перед наступлением темноты гитлеровцы с переправ уходили в гарнизон села Куршево ужинать, а на охране переправ оставалось по два часовых.

Взвесив все за и против, командование группы приняло решение переправу через реку Гжать провести с наступлением темноты через 700—800-метровый разрыв между селом и стоявшими в поле танками, прижавшись к мелколесью, окружавшему окраину села Куршево. Это был наивыгодный момент и единственная возможность.

Где-то 15—16 октября все было подготовлено к прорыву. Одиночных бойцов и малые группы, прибывшие без командиров, свели повзводно в роты и батальоны, выделили и назначили к ним командиров. Из коммунистов и добровольцев создали группы прорыва, прикрытия и группу для блокирования и уничтожения стоявших на грейдере танков.

Как только гитлеровцы ушли с переправ в село Куршево и стемнело, от двориков деревни Кривцы наша группа разведчиков переправилась лодкой на другой берег. Задачу снять часовых, оставшихся на переправах, нам удалось решить без шума. Переправы стали свободными
.
Началась переправа людей через реку Гжать и большак согласно строго намеченному пути и указаниям выставленных маяков.
Первыми во главе с командиром, полковником П. Н. Чернышевым, пошли собранные группы автоматчиков. За ними понесли раненых. Двигались быстро, бесшумно, в расчете на время. Нам тогда помогло и то, что усиленная охрана переправ задержалась в гарнизоне дольше, чем всегда. Однако еще не все колонны бойцов прошли грейдер, как со стороны села Куршево в небо взвилась первая ракета и в то же время с поля, с крайнего танка хлестнула пулеметная очередь трассирующих пуль. Сразу все вокруг ожило. Десятки ракет взлетели в небо, освещая окрестность. Мы тогда не смогли выйти из боя и уйти за колонной. В ходе завязавшегося боя немцы сильным пулеметным огнем отсекли нашу группу. Бутылками смеси «КС» нам удалось сжечь два немецких танка на большаке Гжатск—Ржев, мы перешли реку Гжать и вернулись в лес, собрали пожелавших примкнуть к нам в группу в пределах 100 человек бойцов и командиров, разбились повзводно и в ту же ночь покинули Красную рощу.

Вечером следующего дня, в 4—5 километрах от села Куршево переправились через реку Гжать, и на следующий день подтянулись и соединились со своей 152-й дивизией.
Здесь же, в лесном массиве мы соединились с московской ополченческой 18-й дивизией и со штабом генерала К. К. Рокоссовского, которые также, как и 152-я дивизия, прорвались из-под Вязьмы. С этого времени Петр Николаевич Чернышев стал комдивом 18-й ополченческой дивизии.
Через несколько дней мы вышли к Волоколамску, где нас ожидали суровые дни новых испытаний.

Е. ЛОПУХОВ, бывший командир подразделения разведки 152-й дивизии
Газета «Красное знамя», 1987 год

Обсуждение

blog comments powered by Disqus