В лагере смерти

Немногие старожилы города, те, кому довелось вынести 17 страшных месяцев фашистской неволи, знают и никогда не забудут, что в конце 1941 года гитлеровцы в ходе осуществления операции «Тайфун» по захвату Москвы создали на южной окраине Гжатска концентрационный лагерь для советских военнопленных. Он занимал территорию церкви, племенной базы и сеноприемного пункта, где оставалось несколько ветхих построек. Там, за десятью рядами проволочных заграждений под неусыпным оком гитлеровской охраны, в лютые морозы первой военной зимы, погибали от голода, болезней и холода советские воины, в основном раненые, попавшие в плен в ходе подмосковного сражения.

Среди узников было немало гжатчан из числа местного населения, заподозренных в симпатиях к советской власти. Через муки ада гжатского лагеря прошли наши земляки Георгий Митрофанович Лысенко, Иван Григорьевич Воробьев, Василий Власович Астахов, Игнатий Антонович Варламов, Валентина Ивановна Шалыгина, Евгения Алексеевна Зорина и тысячи безвестных советских воинов. Выжили те, кого перевели в другие гитлеровские лагеря или увезли на каторгу в Германию.

В лагере, комендантом которого являлся изменник Родины Иванов Иван Иванович, был установлен жестокий режим: подъем в 5 часов утра, утром и вечером на лютом морозе двухчасовая проверка и просто стояние на ветру. Затем изнурительная работа по разгрузке вагонов с боеприпасами на большом секретном складе в районе нынешней «Сельхозхимии», погрузка боеприпасов на автомашины.

К сожалению, нашей разведке так и не удалось нащупать этот склад и разбомбить его. Обессиленные узники падали от изнеможения и побоев, некоторые больше не возвращались в лагерь. Десятками люди замерзали в самом лагере и уже не вставали с земли, на которой они спали вповалку. Специальные команды по утрам вывозили на дровнях закоченевшие трупы и сбрасывали их в заранее отрытые ямы и рвы за пределами территории лагеря и даже в подготовленные проруби на реке Гжать. Вместе с мертвыми в ямы нередко сбрасывали живых...

Сколько людей умирало, где производились захоронения останков — бухгалтерии не велось и свидетелей не оставалось. Однако считают, что Гжатский лагерь стоил жизни не менее пяти тысячам советских граждан и просуществовал более года.
Подходить к лагерю под угрозой расстрела запрещалось.
В редких случаях за нарушение этого запрета немцы ограничивались телесными наказаниями. Так, в одном из актов чрезвычайной комиссии сказано: «В марте 1943 года учительница Тамара Григорьевна Румянцева и зоотехник Клавдия Павловна Богданова вместе с колхозниками Ивановой Ксенией Петровной, Плешковой Анной Васильевной, Осиповой Марией Осиповной (из Астаховского сельского Совета) пошли в город Гжатск для передачи военнопленным родственникам питания, одежды, обуви.Все они были задержаны в деревне Костивцы, обысканы. Продукты и теплые вещи были отобраны немецкими солдатами, а вышеуказанные женщины были подвергнуты избиению палками (по 25 палок каждой). Причем имеется фотоснимок, когда немцы бьют палками Румянцеву и Богданову, а всех жителей деревни согнали смотреть на это зрелище».

В другом акте чрезвычайной комиссии говорится: «По приходу немцев люди из своих собственных домов были выгнаны и жили в землянках, скотных дворах и банях. Скот был изъят, продукты питания тоже. Из деревни Сноски 4 февраля 1942 года мужчины в возрасте от 16 до 55 лет были взяты в лагерь военнопленных. Колхозники Иванов Д. С, Абрамов А. Д., Козлов О. И. и Трифанов погибли от холода и голода. Только Воробьев И. убежал из лагеря и остался жив».

Таких актов о неслыханных злодеяниях и вандализме оккупантов на Гжатской земле множество. Многие акты заканчивались обращением живых свидетелей к своим родственникам, находившимся на фронтах Великой Отечественной войны, еще сильнее мстить врагу за погубленные жизни их земляков, разорение домов, за расстрелы и мучения ни в чем не повинных людей.

Мы, ветераны войны и труда, выражаем признательность следопытам школ за поиск живых свидетелей, переживших страшные картины оккупационного режима и приветствуем стремление городской комсомольской организации соорудить на месте гжатского концлагеря Памятный знак, который напоминал бы нашей молодежи о перенесенных муках и лишениях советских людей в период военного лихолетья.

В. ЕРМИШЕВ, ветеран войны и труда.
И. КОНЧАКОВ, заведующий краеведческим музеем.
Газета «Красное знамя», 1987 год

Обсуждение

blog comments powered by Disqus